Колдовская немецкая подделка

«Китайская подделка!» Это мы так порой говорим, не очень радостно, мол, китайская подделка. Когда это касается запчасти к немецкому автомобилю, например… Или еще чего иного. Китайские товарищи наловчились ведь делать чуть ли не все, что только заблагорассудится. А были ведь времена, когда звучало иное. «Немецкая подделка!»

И касалось это фарфора. Долгие годы, века даже, делали его исключительно в Китае. Купить чашечки-блюдца – это было удовольствие не из дешевых. Так еще и далеко не везде сыщешь тонкий товар. А публике непременно хотелось нечто подобное иметь в своем хозяйстве.
Но разгадать состав материала не удавалось, сколько над этим не бились светлые умы и пытливые руки разных эпох. Пока темой всерьез не занялись немцы.
В 1707 году, 310 лет тому назад, в Дрездене была создана лаборатория, которую финансировал лично саксонский курфюрст Август Сильный. Раскошелиться персону августейшую и по имени, и по статусу заставили важные обстоятельства. На него, по необходимости правда, работал некий Иоганн Бёттгер.

Изначально он пытался получить золото из других металлов, создать философский камень, так сказать, и прочими странными алхимическими вещами занимался. Причем, в своих изысканиях герр Бёттгер использовал, как ему казалось, во всяком случае, некие оккультные учения.

На самом же деле, он очень много экспериментировал с различными материалами. И в конце концов, смог создать твердый фарфор. Только красный. Но ничего, это был большой прорыв на пути к классической трактовке данного материала. Получив финансы Августа Сильного и поддержку целого коллектива ученых, алхимик разработал специальный состав глазури. И в 1710 году в замке Альбрехтсбург под Мейсеном заработала первая в Европе фарфоровая мануфактура.

Продукция получилась все равно дорогая, не для рядового покупателя, но ассортимент, утонченность и прочность выше, нежели у китайских аналогов, сделали свое дело. Мейсеновский фарфор потоком отправился в королевские и царские палаты, княжеские и графские усадьбы. В обратном направлении хлынула денежная река.


За успешное «колдовство» Иоганн Бёттгер был щедро награжден. Но до конца жизни лишился возможности распоряжаться собой. Все время находился под присмотром. Он ведь стал носителем важной секретной информации, которую ни в коем случае нельзя было отдать конкурентам.

Советский фарфор: искусство и пропаганда из цикла Поднесение к Рождеству

Блокадный Ленинград: когда фарфор крепче стали

У камелька императрицы